8(985)095-00-05

Как все началось

Мы с Эдуардом старые друзья. Настолько старинные, что ни он, ни я уже не можем вспомнить, кто и когда нас познакомил. И вообще есть твердое ощущение, что мы знали друг друга всегда. Есть только одна проблема: я не играю в теннис. С теннисом у меня, как у того чукчи с помидорами: есть люблю, а так нет. Я вот только смотреть люблю.

Тем не менее, Эдуард всегда звал меня на свои теннисные турниры. Может быть, рассчитывал, что я втянусь. Я согласился только один раз – это было в прошлом году в Турции, но втянутым почувствовал себя уже в аэропорту. Даже, несмотря на то, что люди вокруг то и дело задевали меня теннисными ракетками, торчащими из багажа, а мне даже ответить было нечем. Просто это были славные, веселые люди, и почти все мои знакомые; если я даже кого-то вдруг не знал, немедленно находился общий товарищ, и в самолет мы сели уже братьями. Не могу забыть, как примерно на третьей минуте знакомства один гражданин, не буду называть его поскольку, мало ли, может, дело было интимное, как родного попросил меня (ещё раз: он знал меня три рассеянные минуты) с водителем назавтра завезти куда-то десять тысяч долларов. При этом он встревожено жестикулировал пачкой денег. Я мог ему помочь, потому что, в отличие от него, еще не отпустил водителя из аэропорта…

В общем, играешь ты в теннис, или нет, или, может, ты не играешь, а твоя девушка играет, или даже вы оба не играете, а просто отправились за компанию – вы не потеряли ни одной минуты своего отпускного, а стало быть, драгоценного, времени. До сих пор тот замечательный теннисный турнир, ни на один матч которого я так и не выбрался, я вспоминаю с наслаждением. Заботливо выбранный отель, в котором было просторно и удобно; время, удобное всем, майские праздники, которые для того и предназначены, чтобы выезжать компаниями, да вот только кто эти компании соберет и всё устроит, как надо; но главное – конечно, атмосфера! И я не имею в виду морской турецкий воздух, в мае ещё не такой раскаленный. Да и Турция тут ни при чем – Эдуард со своими турнирами, по-моему, не добрался пока только до Акапулько. А так везде был: в Гоа был (или, может, правильно говорить – «на Гоа»?), в Египте был, в Марокко тоже, в Англии где-то был, в Хорватии, для разнообразия смотались как-то в Аджарию, в Латвии.… Ну, конечно, в Тунисе ещё не был, но это потому только, что Тунис, по-моему, не достоин. Мы уже договорились с Эдуардом, что когда поедем в Акапулько, ну или хотя бы в Канкун, меня предупредят.

Я не назвал Кипр, хотя с Кипра все начиналось. Это потому не назвал, что с Кипром вышла отдельная история – можно сказать, оттуда все начиналось, рассказывал мне Эдуард теплым вечером теннисного турнира. Отчего-то его в тот день потянуло на лирику – может, потому, что в тот день он проиграл, кажется. Вообще он чаще выигрывает, но чувство такта заставляет его иногда все-таки сходить с дистанции, потому что некрасиво всегда выигрывать самому.

Так вот. Это случилось на Кипре в мае девяносто девятого года. Хорошая была компания – Виталий Георгиевич Смирнов, теннисист уже тогда со стажем, Артем Боровик и Владимир Петров. Это старинный друг Смирнова, теннисный тренер. Причем, что интересно, кашлянул Эдик, я нормально знаком был только с Виталием Георгиевичем. И что еще интереснее, я тогда в теннис играл, дай Бог раз в год. Ну, может быть, два раза.

Я слушаю – и уже прекрасно понимаю, что это и есть все необходимые условия для теннисного турнира или хотя бы матча: все знакомы по цепочке, играют время от времени.… В общем, кивает Эдуард, так все и произошло. Мы сыграли парами, кто выиграл, я не помню (тут, я думаю, Эдуард скромничает), а после игры расслабленный Смирнов размечтался: а как было бы неплохо вот так, на праздники, вырваться куда-нибудь компанией, отдохнуть, поиграть… Артем Боровик, с которым, собственно, до игры знакомы не были, подхватил: а действительно, все ж друзья играют, так или иначе! В общем, это было в мае на Кипре. А в ноябре мы там уже сидели коллективом человек в семьдесят. Ну, играла в турнире примерно половина. Оптимальные пропорции, как позже показала жизнь. А в следующем мае, через год после исторической, как выяснилось, встречи, на турнир приехали дети АртемаМаксимилиан и Кристиан.

Первые три года мы и не вылезали с Кипра.

А потом поехали по миру. Слушай, у тебя карты далеко? Сыграем в переводного, что ли, дурака? Зря это тогда Эдуард предложил. Это был во всех отношениях не его день. Кстати, из всех карточных игр переводной дурак больше всех похож на теннис: можно вернуть обратным кроссом, так сказать. И справляйся уже на своей половине сам.

Я вернулся с теннисного турнира, так и не обзаведясь ракеткой, зато с существенно обновленной записной книжкой. И это не были стандартные курортные знакомства – мы стали добрыми приятелями. Жаль, что с тех пор я поотстал от стремительной жизни теннисных турниров организованных компанией – телевизионная работа далеко не всегда позволяет отлучиться из Москвы в те дни, которые у нормальных людей являются праздниками. Вот только в Акапулько вырвусь, когда срастется. Но это совершенно неважно, потому что эти теннисные турниры с тех пор всегда, собственно, со мной. Они проявляются в телефонных звонках новых приятелей, занятных встречах да что таить – и в деловом смысле те знакомства уже не раз аукнулись мне с пользой.

В общем, я фанат тенниса с тех пор. Хотя так и не научился играть. А вы думали, что теннис – это только мячик налево, мячик направо, что ли?

Василий Уткин

Photos


теннис

Views: 777